О планах построить к 2030 году замкнутую экономику, запустить инфосистему управления упаковкой и отходами, систему утилизации мусора на курортах, наладить сбор батареек. Об этом, а также о росте платы за вывоз мусора и производстве в России глаз и рук роботов — в интервью ТАСС на Петербургском международном экономическом форуме рассказал генеральный директор публично-правовой компании «Российский экологический оператор» Денис Буцаев.

— Денис Петрович, мусорная реформа длится уже три года. Что изменилось за это время в жизни граждан нашей страны?

— Я буду говорить о том, какую реакцию мы получаем от граждан и где мы видим в этом отношении проблемы и где мы видим улучшения. Я считаю, что мы смогли построить устойчивую систему работы региональных операторов, и это в первую очередь сказывается на охвате и качестве услуги, которую оказывают операторы. Это касается ритмичности вывоза отходов, количества контейнерных площадок. То, что граждане не видят, но то, что является, наверное, одним из наиболее важных элементов реформы, — это объемы тех отходов, которые начали сортироваться. В настоящий момент это 42%. Этот показатель на сегодня значительно выше, чем тот, на который мы рассчитывали при формировании целевых показателей.

- Реклама -
Подписка — внутри поста

У нас, как я уже говорил, пока отстает уровень утилизации. Он полностью соответствует целевым показателям, но, если взять опережающие темпы, которыми мы двигаемся в сортировке, по утилизации они не такие смелые. Объясняется это опять же тем, что у нас, к сожалению, в утилизации пока система расширенной ответственности производителей (РОП) полноценно не заработала.

Приятное открытие для всех нас заключается в том, что готовность и желание граждан сортировать отходы оказались значительно выше, чем мы рассчитывали. И в этом отношении наша задача сейчас более интенсивными темпами создавать инфраструктуру. Это в том числе и баки по раздельному сбору, и увеличение количества мусоровозов, которые ездят, потому что-то, что мы забираем из раздельных баков, не должно смешиваться в мусоровозе.

— Чем больше люди сортируют отходов, тем меньше растут свалки. Таким образом, получается, что люди получают чистый воздух и благоприятную окружающую среду.

— Вы совершенно справедливо отметили прямую зависимость между уровнем и глубиной сортировки и эффективностью переработки. Возможность эффективно переработать пластик, попадающий в сухой контейнер, — 90 с лишним процентов, а пластик, который попадет в бак со смешанными отходами, переработают с вероятностью 30−35%. Поэтому каждый раз, когда каждый из нас делает выбор, выбросить ли мусор в отдельный бак либо, как говорят, не заморачиваться, то мы делаем выбор либо в пользу роста полигонов, либо в пользу создания отрасли по переработке отходов.

— Раньше горящие свалки были обычным делом, к сожалению. Теперь такого нет, а на месте свалок все больше возникает предприятий по переработке отходов.

— Мы создали инфраструктуру, позволяющую нам сортировать сегодня практически каждый третий килограмм мусора. В большинстве регионов эти инфраструктурные объекты часто взаимосвязаны между собой, зачастую располагаются вместе и называются комплексами по переработке отходов. Где мы с вами получаем и обработку, и утилизацию, и размещение отходов. Также мы отказываемся полностью от необорудованных мест. Сегодня ведется планомерная работа по рекультивации этих незаконных свалок. Если говорить про полигоны, то исключение вывоза туда органических отходов, которые уходят на компостирование, ведет к прекращению гниения, дающего высокую температуру, из-за чего сильно горели полигоны. Дополнительно к этому у нас полигоны перешли на регламентное технологическое обслуживание путем пересыпки накапливающихся слоев, разделение на карты, создание новых фильтрационных, газоотводящих систем. Но расслабляться рано. К сожалению, старых мест размещения отходов у нас еще остается достаточно много.

О плате за вывоз отходов

— Когда ожидается рост тарифов на обращение с отходами и сколько он составит?

— Рост тарифов всегда связан только с объективными причинами, и за ростом внимательно следят аж несколько федеральных органов: Федеральная антимонопольная служба, региональные службы по тарифам, Минэкономразвития и Минприроды. Тариф, который в настоящий момент существует, в себя включает несколько серьезных элементов производственного цикла — это вывоз и сортировка.

Мы видим, что сегодня в части того же самого вывоза существует серьезное удорожание запасных частей. Но тем не менее при этом мы видим, что тот запас, который есть у тарифа, в настоящий момент позволяет региональным операторам осуществлять свою деятельность. Поэтому, по нашим оценкам, в пределах текущего года точно не должно произойти так называемой пробивки предельных индексов тарифообразования на уровне 5%.

— Повышение будет с июля?

— Оно может в некоторых регионах произойти, может в некоторых регионах не произойти. Но главное, что в любом случае оно не может быть больше этой величины. Это плановая величина, которая у нас присутствует каждый год. За прошлый год я, между прочим, могу сказать, что тариф не просто не вырос, а в некоторых случаях даже упал. У нас в среднем по стране снижение тарифа на небольшую величину — до 1%, но тем не менее произошло.

— В этом году можно ли ожидать подобного хотя бы в части регионов?

— У нас есть некоторые негативные предпосылки, поэтому сказать точно, что мы останемся на тарифе предыдущих периодов, мне сейчас сложно. Но я со своей стороны утверждаю, что никаких оснований и видимых причин для серьезного роста тарифа мы не видим, поэтому в этом отношении все сохранится в рамках обычной деятельности.

О мусоре на курортах

— У нас наступил курортный сезон, многие поехали в Краснодарский край отдыхать. Проблема с отходами там застарелая, очень много жалоб. Как вы думаете, когда в регионе будет создана новая система обращения с отходами?

— Мы по поручению правительства совместно с компанией «РТ-Инвест» разработали концепцию строительства инфраструктуры, которая позволит полностью обеспечить соответствующими предприятиями по обработке и утилизации все Черноморское побережье Краснодарского края. Проект большой, интересный. Концепцию утвердили. В настоящий момент нам необходимо подтверждение со стороны региона, ожидаем его получить в самое ближайшее время. И после этого будем готовы приступить к реализации проекта. Суть его заключается в том, что мы совместно с «РТ-Инвестом» готовы будем обеспечить полное финансирование, строительство и эксплуатацию объектов, которые позволят достигнуть показателей не только 2024-го, но и 2030 года, в результате чего регион и жители почувствуют качественное улучшение, в том числе отсутствие роста объемов отходов на полигонах.

— Как я понимаю, там предполагается в том числе строительство мусоросжигающего завода?

— Мы говорим о нескольких этапах реализации проекта. На первом этапе это строительство общей инфраструктуры без энергетической утилизации. На следующих этапах мы рассматриваем возможность энергетической утилизации, но говорить об этом пока рано. Концепция, которую мы сейчас предложили, включает в себя только первый этап.

— Как в Крыму идет мусорная реформа?

— А там уже все на куда более продвинутой стадии. По поручению президента и правительства мы занимаемся программой, которую назвали «Крым без мусора». Это подразумевает, что все, что мы там будем собирать, будем обрабатывать, сортировать, утилизировать, а хвосты будем вывозить из Крыма. Чтобы он у нас оставался предельно экологически чистым. В настоящий момент мы уже проектируем три больших комплексных объекта, на которых будут и обработка-сортировка, и утилизация отходов в объемах целевых показателей 2030 года. Проектирование должно быть завершено в начале осени текущего года, а потом произойдет контрактование, и мы сможем обеспечить финансированием регион уже в текущем году на достаточно существенную цифру. Таким образом, к 2024 году эти объекты уже будут созданы.

— Вывозить вы будете опять же в Краснодарский край, получается?

— Нет, там будет более сложная система. В первую очередь мы ориентируемся на то, что сможем максимально увеличить объем утилизации. И в том числе разместить заводы, которые смогут переработанные виды отходов использовать для производства новых видов продукции. Обсуждаются в том числе проекты по строительству заводов упаковки из стекла, которые могут быть использованы для розлива крымской продукции, в частности вина.

— То есть можно сказать, что Крым станет испытательной площадкой для федерального проекта «Экономика замкнутого цикла».

— Одной из испытательных площадок, совершенно верно.

Замкнутая экономика

— Расскажите про этот федпроект. Что он изменит в жизни людей?

— Это логическое продолжение того федерального проекта, с которого мы начали в 2019 году строить инфраструктуру обращения с твердыми коммунальными отходами (ТКО). Понятно, что ТКО — это только часть отходов, которые образуются в нашей стране. Их ежегодно образуется около 58,5 млн тонн. А если мы говорим про промышленные, строительные и сельскохозяйственные виды отходов, то у нас их несколько миллиардов тонн. Исходя из этого, проект «Экономика замкнутого цикла» заключается в вовлечении в переработку промышленных и иных видов отходов, получении из них вторсырья, которое мы можем использовать при производстве новых видов продукции. Таким образом, мы в промышленности должны достигнуть около 20% вовлечения вторсырья, в сельском хозяйстве этот показатель немного выше, в строительстве — 20%. И в рамках этого федерального проекта мы строим экотехнопарки, где будет создана инфраструктура по обработке, которая позволит наиболее эффективно привлекать компании по глубокой переработке отходов. Такие экотехнопарки появятся в каждом федеральном округе. В настоящее время мы ведем проектирование площадок, в 2023 году приступим к строительству, а в 2024 году там появятся первые результаты.

— Как я понимаю, эта система экотехнопарков невозможна без новой системы РОП, которая поднимет до 100% норматив утилизации на упаковку с 2025 года. За эти два с половиной года предстоит создать предпосылки для запуска системы. Что будет сделано?

— Эти два года не пройдут просто так. Мы занимаемся созданием реестра утилизаторов, реестра производителей упаковки и реестра производителей товаров. Для чего это нужно? Нам важно создать прозрачность отрасли, чтобы мы понимали, сколько продуктов образовывается, сколько утилизируется, насколько справедливые, с одной стороны, объемы экоплатежей, которые совершаются теми, кто должен платить экосбор, а с другой стороны, правильно ли их получают те утилизаторы, которые перерабатывают те или иные виды отходов. Это также связано с тем, что мы в настоящий момент сталкиваемся с большим количеством фейковых актов по утилизации отходов.

— Появится ли у нас система залоговой стоимости на тару? Чтобы можно было прямо в магазине сдать бутылки, купленные там же.

— Залоговая стоимость тары — это, собственно говоря, дополнительный платеж, который будет заложен в стоимость товара, реализуемого в соответствующих формах упаковки. Он возвращается потом в отрасль, собственно говоря, через компенсацию и стоимости тары, расходов, связанных со сбором и переработкой. В настоящий момент мы считаем, что целесообразнее усилия сконцентрировать на введении системы расширенной ответственности производителя. Вполне возможно, через какое-то время в качестве второго шага можно будет рассматривать и залоговую стоимость.

— То есть уже после 2025 года?

— Мы считаем, что лучше говорить о времени после 2025 года. Вполне возможно, что с отдельными регионами мы обсудим возможность запуска пилотных проектов. Но в общем мы не видим сейчас целесообразности параллелить процесс введения измененных условий функционирования РОПа и залоговой стоимости.

О батарейках

— У нас создан «Федеральный экологический оператор», он занимается отходами I и II классов опасности, в том числе батарейками. Оператор недавно запустил инфосистему ФГИС ОПВК по управлению опасными отходами, и контейнеры для сбора батареек во многих магазинах исчезли, потому что их нужно регистрировать в этой системе. Соответственно, скорее всего, люди будут выбрасывать эти батарейки в мусорные ведра. Понятно, что сбор батареек не является ответственностью регоператоров, но могут ли они как-то при сортировке эти батарейки изымать и на переработку отправлять?

— Практически в любом процессе, когда меняются правила игры, существует так называемый адаптационный период, когда необходимо перестроить функционирование отрасли под новые, в том числе нормативные, требования. И здесь мы не видим ничего нового, требуется какое-то время для перенастройки. Позиция «Федерального экологического оператора» достаточно открыта. Вы можете зарегистрироваться, условия регистрации достаточно прозрачные, и получить таким образом статус лица, которое осуществляет сбор соответствующего вида отходов. И таким лицом может быть региональный оператор. Поэтому мы с региональными операторами обсуждаем возможность и необходимость расширения их зоны деятельности, но это, правда, уже должен быть отдельный вид деятельности по сбору отходов I и II классов. На нее необходимо получение отдельной разрешительной документации. И это дело добровольное, как и любого хозяйствующего субъекта.

— Вы ведь рейтингуете регоператоров. Может быть, ставить им плюсик, если они берут на себя дополнительную ответственность…

— Мы с прошлого года по поручению правительства, под руководством Виктории Валерьевны Абрамченко (зампредседателя правительства — прим. ТАСС), как раз разработали методику оценки региональных операторов. По результатам в конце года наградили лучших. В этой методике у нас указано осуществление деятельности регоператором не только по своему прямому функционалу, но и направленной на снижение воздействия человека на окружающую среду, к этой деятельности целиком и полностью относится возможность осуществлять сбор и утилизацию отходов I и II классов.

Инфосистемы управления отходами

— «Российский экологический оператор» похож на «Федерального экологического оператора» не только своим названием. У вас разрабатывается подобная инфосистема ФГИС ОО по управлению отходами III-V классов опасности. Расскажите, пожалуйста, какой она будет?

— У нас намечено поступательное движение к этой большой цели. Система должна обеспечить прозрачность движения всех видов отходов. А начинаем мы, естественно, с того, что должны обеспечить прозрачность для населения коммунальных отходов, это система ГИС УТКО, потом мы должны обеспечить прозрачность функционирования утилизаторов и тех, кто производит товары, подлежащие экосбору. Это система ГИС УИТ. Ее мы забираем у Росприроднадзора и будем осуществлять функции оператора этой системы. А потом мы должны эти две системы объединить, функционал добавить по прослеживаемости иных видов отходов, таким образом, прийти к большой системе ФГИС ОО. Эта концепция, утвержденная Минприроды и Минцифры, существует в настоящий момент в качестве нашей целевой задачи.

— Когда вы заберете у Росприроднадзора ГИС УИТ?

— Система в процессе передачи нам буквально в текущие недели. Мы по ГИС УТКО уже занимаемся совместно с Минприроды ее построением. Основа функционала будет на базе электронной федеральной схемы обращения оотходов, которую мы делали самостоятельно. Там мы обеспечим прослеживаемость отходов с момента их образования на контейнерных площадках до момента утилизации. По ФГИС УИТ мы также уже составили реестр утилизаторов с Росприроднадзором, сейчас занимаемся составлением реестра производителей: как упаковки, так и товаров.

— ФГИС ОО когда будет запущена?

— Если я не ошибаюсь, у нас там стоят сроки на 2027−2028 годы. Она будет похожа на нашу федеральную электронную модель, которая в настоящий момент существует. Там помечены места образования отходов. Сейчас это только отходы твердые коммунальные, а во ФГИС ОО там будут все виды отходов: места их сортировки, обработки, утилизации.

— Это будет рыночная площадка?

— Нет, электронная биржа как часть общей системы будет создана уже в текущем году в рамках проекта «Экономика замкнутого цикла». Это действительно интересная площадка, она уже подготовлена. Мы сейчас завершаем юридические процедуры оформления. Она создана по принципу полноценной биржи. Любой желающий может продать любое количество своего вторсырья переработчику. А переработчик, наоборот, может выставить лот, под который найти соответствующего поставщика. И на этой же бирже вы можете осуществить платеж, заключить электронный контракт, осуществить платеж за поставку. В этом случае биржа еще и проконтролирует корректность исполнения сторонами своих обязательств, застрахует сделку и обеспечит логистику в рамках сделки. Очень удобный инструмент. Мы сможем пользоваться им, надеемся, с июля месяца текущего года.

— Как я понимаю, все виды отходов уже охвачены либо вами, либо Росатомом. Только медицинские, мне кажется, неохваченными остались.

— Да, это отдельный вид отходов. По нему есть законопроект, инициированный Москвой и Московской областью, его рассмотрение в настоящий момент проходит в правительстве России. Комментировать его я, наверное, сейчас не смогу.

Российские мусорные роботы

— Расскажите, пожалуйста, о хороших примерах импортозамещения, когда в России вы нашли лучших производителей оборудования, чем за рубежом?

— Вы знаете, у нас производители оборудования для обработки импортозаместились на 80 с лишним процентов. А то, что мы не заместили, то сделаем до конца года в плановом режиме с нашими производителями. С утилизацией, переработкой ситуация немножко сложнее, мы на уровне 60% примерно импортозаместились. Но плюсом является то, что технологии являются доступными для многих производителей в разных странах. И мы в настоящий момент уже подобрали аналоги тем технологиям, которые использовали ранее из недружественных стран. Сейчас у нас есть возможность либо из нейтральных, либо из дружественных стран поставлять аналогичные, а в некоторых случаях более высокопроизводительные виды оборудования.

— Как я понимаю, основные проблемы с самым тонким оборудованием, с роботизированным, с датчиками.

— У нас робот в виде руки, который работает на конвейере, собран уже самими. У нас была задача сделать так называемый глаз, то есть датчик объема. И по контуру он уже сделан, его нужно просто программно прокатать. Это будет до конца года сделано. У нас были некоторые проблемы, связанные с разрывателями пакетов, не из-за того, что мы не могли локализовать это достаточно простое технологическое оборудование, а в целом не видели в этом необходимости. Но сейчас время пришло, локализуем, процесс простой и в течение двух месяцев будет завершен. Есть задачи по локализации АСУшек, автоматизированных систем управления. Там мы действительно с определенных производителей перейдем в пользу дружественных.

— Кто делает глаз робота?

— У нас достаточно большое количество, пять производителей, которые делают комплексные объекты, и большое количество разных производителей по отдельным элементам. Самые известные находятся у нас в Твери, Московской области, Казани.

— Даже есть конкуренция.

— Хорошая конкуренция. Они постоянно совершенствуют свои виды продукции. Мы недавно открывали комплекс переработки отходов «Нева» в Московской области, и уровень российского оборудования, которое там установлено, превышает многие зарубежные виды, в том числе из Западной Европы. Если сравнить с тем, что мы получаем из-за рубежа, тверское оборудование намного функциональнее и надежнее.